| "Она всегда появляется, когда я один. Всегда садится на своё любимое место у штурманского столика. Я внезапно чувствую её присутствие. По лёгкому холодку и слабому запаху озона. Стою ли я на якоре в тихой бухте, или штормую где то далеко в море - она всегда знает, что в ближайшие несколько часов я ничем особо не занят и могу побыть с ней. Поначалу меня пугали её неожиданные появления, но теперь уже привык, мне даже приятно когда она рядом, какое- то неземное спокойствие исходит от неё. – Что, жив ещё, Курилка? – привычно выдаёт она свою дежурную шутку. – Твоими заботами, - так же привычно отшучиваюсь я, - Кофе? – Как хочешь, - улыбается она из-под своего неизменного капюшона. Она никогда ничего не ест и не пьёт. Пока я вожусь у плитки и слежу, чтобы пенка дважды поднялась до края турки и не перелилась, она расспрашивает, как дела, где был, что видел. Неспешно и подробно рассказываю. Чувствую, это важно. Она отдыхает у меня в гостях от своей тяжёлой работы. Выпив кофе, я занимаюсь своими мелкими делами: заполняю журнал, делаю сплесень или штопаю парус. Она внимательно наблюдает за мной, видно, что ей нравится это несуетное движение жизни. Она тихонько вздыхает, и я знаю, что ей пора уходить и приниматься за дело. – Ну, ты заходи, если что, - подражаю голосу волка из известного мультика. – Спасибо, - как будто Смерти когда-нибудь нужно было чьё-нибудь приглашение, – непременно. И усмехается: - Ещё один раз то уж точно не миновать. Допиваю нетронутый ею холодный кофе. На душе легко и спокойно. Почему то мне немного жаль её." |
